На главную / Капитализм и социализм / А.И. Фет. Заблуждения капитализма или пагубная самонадеянность профессора Хайека

А.И. Фет. Заблуждения капитализма или пагубная самонадеянность профессора Хайека

| Печать |


СОДЕРЖАНИЕ

  1. А.И. Фет. Заблуждения капитализма или пагубная самонадеянность профессора Хайека
  2. Введение: с кем полемизирует Хайек в книге о «заблуждениях социализма»
  3. Истоки морали; невозможное и возможное в человеческой истории
  4. Дихотомическое мышление; капитализм и миф о «природе человека»
  5. Упадок западной культуры
  6. XX век
  7. Что такое «социальная справедливость»?
  8. Глобализация морали
  9. Проблема «добра и зла»
  10. Идея прогресса
  11. О вере
  12. Цель культуры
  13. Истоки этики гуманизма
  14. Общее представление о «капитализме» и «социализме»
  15. Зачатки капитализма и социализма в античном мире
  16. Средние века и начало Нового времени
  17. Начало капитализма
  18. Что такое «эксплуатация»?
  19. «Теория прибавочной стоимости»
  20. Аналогия между стоимостью и энергией
  21. Противоречивость трудовой теории стоимости Рикардо и теории прибавочной стоимости Маркса
  22. Зачем нужен капиталист?
  23. Что такое «природа человека»?
  24. Генетическая и культурная наследственность
  25. Еще о понятии «социальной справедливости»
  26. Главная ошибка Хайека
  27. Четыре периода развития общественного мышления Нового времени (текущая позиция)
  28. Роль обратных связей и регулирующих контуров в объяснении биологических явлений
  29. Инстинкт внутривидовой солидарности
  30. Заключение: постоянство морали
  31. Комментарии

19. Четыре периода развития общественного мышления Нового времени

В первом периоде, начиная со знаменитой лекции А. Тюрго (1750), мышление об обществе принимало за образец механику Ньютона, и может быть потому названо «механистическим». Социологи того времени не сомневались, что законы общественной жизни могут быть поняты в том же детерминистском духе, что будущее поведение человеческих коллективов можно будет предсказывать, как астрономы предсказывают движение светил; и эта вера наполняла умы этих людей безграничным оптимизмом, поскольку предсказуемым будущим надеялись управлять. Представителями этого «механистического» мышления были Сен-Симон и Конт. К нему следует отнести и Маркса, который в своих экономических и исторических исследованиях всегда пытался быть строгим детерминистом. Более поздние концепции социологии не оказали на него существенного влияния.

Во втором периоде, начиная с дарвинова «Происхождения видов» (1859), социологи руководствовались идеями эволюции и естественного отбора. Этот период можно назвать «биологическим», в довольно примитивном смысле этого слова, поскольку надеялись полностью объяснить общественную жизнь дарвиновой схемой «борьбы за существование». Отсюда произошел «социал-дарвинизм», первым представителем которого был г. Спенсер (пришедший к идее «борьбы за существование» (struggle for life) еще раньше Дарвина и придумавший это неудачное выражение, перенятое затем Дарвином). Достаточно банальная философия Спенсера оказала влияние на широкую публику; но особенно вредной была доктрина биолога Э. Геккеля, прямо перенесшего «борьбу за существование» в человеческую историю, где он усматривал борьбу «высших» и «низших» рас. Дарвин никогда не опускался до подобных гипотез и никак не участвовал в пропаганде «социал-дарвинистов»; но их брошюры усердно читал начинающий «социолог» А. Гитлер.

Третий период, «психологический», начинается с работ Фрейда, то есть с 90-х годов прошлого века. Открытие «подсознания», определяющего «нерациональное» поведение человека, оказало огромное влияние на человеческое мышление вообще; но фантастические построения Фрейда и его учеников скомпрометировали попытки психоаналитического объяснения общества и истории. Наиболее интересную попытку построить социальную психологию предпринял Э. Фромм (1941)39. Четвертый период, продолжающийся до наших дней, можно назвать «кибернетическим». Начало его было положено работами математика Н. Винера, разработавшего идеи обратной связи и регулирующего цикла и параллельно исследовавшего саморегулирующиеся системы в технике и в физиологии. С самого начала этих исследований (с 1949 года) Винер предполагал, что нашел руководящие принципы для создания «теоретической биологии». Но его надежда оправдалась не сразу, так как биологи медленно усваивали кибернетические идеи. На более простом материале их быстро освоили инженеры, и кибернетика надолго стала «технической наукой». К ее кругу понятий прибавилась теория информации, созданная Винером и К. Шенноном, инженером-связистом. Тогда же, с конца сороковых годов, начались преждевременные и поверхностные попытки перенесения методов «технической кибернетики» в социальные науки. Для этих попыток характерно стремление перейти прямо от систем автоматического регулирования, применяемых в технике, к социальным механизмам. Исследователи этого рода пользовались тем, чтó они называли «общей теорией систем», пытаясь выделить в изучаемой системе ее подсистемы и описать схему отношений между ними. Как правило, эта деятельность сводилась к составлению «блоксхем», состоящих из прямоугольников с надписями в них и стрелок, соединяющих прямоугольники. В общем, такая «кибернетическая социология» осталась бесплодной, но вовсе не потому, что идеи кибернетики не имеют значения для социальных наук. Значение их еще недостаточно понято, потому что социологи пытались «пропустить» биологический уровень интеграции, лежащий между физическим и социальным. Но только биология может доставить модели, достаточно сложные и органически связанные с социальными механизмами. Между тем, до семидесятых годов могло показаться, что «пророчество» Винера не оправдалось, и что кибернетика стала «грамматикой» лишь современной техники регулирования, но не биологии.

 


Страница 27 из 31 Все страницы

< Предыдущая Следующая >
 

Комментарии 

# Кирилл   26.01.2016 18:03
Смысловая ошибка в предложении на странице 5 после слов "Свободное передвижение, какое требуется от автомобиля..."
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Вы можете прокомментировать эту статью.


Защитный код
Обновить

наверх^