На главную / Философия и психология / Эрик Берн. Игры, в которые играют люди

Эрик Берн. Игры, в которые играют люди

| Печать |


Глава 3

Процедуры и ритуалы

Взаимодействия обычно составляют ряды, и эти ряды не случайны, а запрограммированы. Программирование может исходить от одного из трех источников – Родителя, Взрослого или Ребенка, а в более общем выражении – от общества, материальной среды или индивидуальных особенностей. До тех пор, пока не будет испытана каждая общественная ситуация, адаптация требует, чтобы Ребенок был защищен Родителем или Взрослым, а потому программирование Ребенка чаще всего происходит в домашних и интимных условиях, где уже были проведены предварительные испытания.

Простейшие виды общения – это процедуры и ритуалы. Некоторые из них универсальны, другие локальны, но все они составляют предмет обучения. Процедура есть ряд простых дополнительных взаимодействий Взрослых, имеющих целью манипулирование действительностью. Действительности, по определению, приписывается два аспекта: статический и динамический. Статическая действительность охватывает все возможные размещения материи во вселенной. Например, арифметика состоит из утверждений о статической действительности. Динамическую действительность можно определить как совокупность условий взаимодействия всех энергетических систем во вселенной. Химия, например, состоит из утверждений о динамической действительности. Процедуры основываются на обработке данных и вероятностных оценках, касающихся материала действительности; они достигают своего высшего развития в профессиональной технике. Пилотирование самолета и удаление аппендикса – это процедуры. Психотерапия есть процедура, пока она находится под контролем действующего в психотерапевте Взрослого, но перестает быть процедурой, когда в нем одерживает верх его Родитель или Ребенок. Программирование процедуры зависит от материала и строится на основе оценок, выполненных Взрослым действующего лица.

При оценке процедур используется две переменные. Процедура называется действенной, если действующий наилучшим образом использует доступные ему данные и опыт, независимо от того, каковы могут быть пробелы в его знаниях. Если в обработку данных Взрослым вмешиваются Родитель или Ребенок, процедура оказывается искаженной, и тем самым менее действенной. Эффективность процедуры оценивается по ее конечным результатам. Таким образом, действенность является психологическим критерием, а эффективность – материальным. Например, может случиться, что на каком-нибудь тропическом острове фельдшер-туземец приобретает большой опыт в удалении катаракт. Он использует имеющиеся у него знания с высокой действенностью, но, поскольку он знает меньше медика-европейца, его работа не столь эффективна. Затем европеец спивается, действенность его убывает, эффективность же сначала сохраняется. Но когда у него появляется дрожь в руках, туземец-ассистент начинает превосходить его не только в действенности, но и в эффективности. Как видно из этого примера, обе переменные могут быть лучше всего оценены экспертом в соответствующей процедуре: действенность – посредством личного знакомства с ее исполнителем, а эффективность – путем наблюдения за конечным результатом.

Ритуал, с развиваемой здесь точки зрения, есть стереотипный ряд простых дополнительных взаимодействий, запрограммированный внешними общественными силами. Такой неформальный ритуал, как прощание с обществом (гостей, собеседников и т. п.), может заметно различаться в деталях в зависимости от местных условий, хотя основная форма его остается неизменной. Гораздо меньше места для выбора оставляет формальный ритуал, как, например, римско-католическая месса. Форма ритуала задается Родительским влиянием в виде традиции, но в тривиальных вопросах могут воздействовать и более новые, хотя и менее стойкие «родительские» влияния. Некоторые формальные ритуалы, представляющие особый исторический или антропологический интерес, делятся на две фазы: 1) фаза, в которой действия выполняются в рамках жестких Родительских ограничений, и 2) фаза освобождения от власти Родителя, в которой Ребенку предоставляется более или менее полная свобода действий, что завершается оргией.

Многие формальные ритуалы возникли как сильно искаженные, хотя и вполне действенные процедуры. Однако со временем и в изменившихся обстоятельствах они лишились всей своей процедурной ценности, сохранив полезность лишь в качестве актов веры. В аспекте взаимодействий они представляют собой акты снятия вины или акты поиска вознаграждения в соответствии с традиционными Родительскими требованиями. Такие ритуалы доставляют безопасный, успокаивающий (апотропический) и часто приятный способ структурирования времени.

В качестве введения в анализ игр более важны неформальные ритуалы. К числу самых поучительных из них относятся американские ритуалы приветствия:

1 А: «Здорово!» (Хелло, доброе утро!).

1 Б: «Здорово!» (Хелло, доброе утро!).

2 А: «Ну и теплынь же сегодня!» (Как дела?).

2 Б: «Да, жарит. Но и дождь вроде будет». (Ничего. А у тебя?).

3 А: «Ну, всего». (Ну, ладно).

3 Б: «Буду рад тебя видеть».

4 А: «Пока».

4 Б: «Пока».

Ясно, что этот разговор не предназначен для обмена информацией. В самом деле, если даже она имеется, она благоразумно исключается. Возможно, мистеру А потребовалось бы 15 минут, чтобы рассказать, как идут его дела, а мистер Б лишь случайный знакомый, который не собирается слушать столь долго. Весь этот ряд действий можно совершенно точно охарактеризовать как «ритуал из восьми поглаживаний». Если бы А и Б спешили, они, возможно, удовольствовались бы двумя поглаживаниями («Здорово» – «Здорово»). Если же они были бы старомодными восточными владыками, то прежде чем перейти к делу провели бы ритуал из пары сотен поглаживаний. Всё же, выражаясь жаргоном анализа взаимодействий, А и Б несколько улучшили друг другу здоровье; по крайней мере в ближайший отрезок времени «их позвоночники не высохнут», и за это они благодарны друг другу.

Этот ритуал основан на тщательных интуитивных расчетах обеих сторон. На этой стадии знакомства они полагают, что должны друг другу в точности по четыре поглаживания при каждой встрече, причем не чаще, чем раз в день. Если вскоре после этого они снова наткнутся друг на друга – предположим, через полчаса – то при отсутствии каких-либо дел для обсуждения они пройдут мимо без всякого знака либо, в крайнем случае, с очень беглым «Привет» – «Привет». Эти расчеты остаются в силе не только на короткие периоды, но и на периоды в несколько месяцев. Посмотрим теперь на мистера В и мистера Г, встречающихся друг с другом примерно раз в день, обменивающихся одним поглаживанием – «Здорово» – «Здорово» – и идущих своей дорогой. Пусть теперь мистер В уходит в отпуск на месяц, а в день возвращения встречает, как обычно, мистера Г. Если в таких обстоятельствах мистер Г скажет «Здорово» и ничего больше, то мистер В будет оскорблен, «его позвоночник немного подсохнет». По его расчетам, мистер Г и он должны друг другу примерно по тридцать поглаживаний. Их можно сжать в небольшое число взаимодействий, если эти взаимодействия достаточно выразительны. Партия мистера Г в правильном исполнении выглядит примерно так (здесь каждая единица «интенсивности» или «интереса» эквивалентна одному поглаживанию):

1 Г: «Здорово!» (1 единица).

2 Г: «Что-то я вас давно не видел» (2 единицы).

3 Г: «Так вот оно что! Где же вы были?» (5 единиц).

4 Г: «Интересно! Как же это было?» (7 единиц).

5 Г: «Ну, выглядите-то вы неплохо» (4 единицы). «И семья была с вами?» (4 единицы).

6 Г: «Ну, я очень рад снова видеть вас» (4 единицы).

7 Г: «Пока!» (1 единица).

Итак, всего мистер Г набрал 28 единиц. И он, и мистер В знают, что он восполнит недостающие единицы на следующий день, так что практически они в расчете. Через два дня они вернутся к их обычному обмену из двух поглаживаний «Здорово» – «Здорово». Но теперь они «лучше знают друг друга», то есть каждый знает, что другой надежен, а это может оказаться полезным, если они встретятся в «обществе».

Заслуживает рассмотрения и обратный случай. Мистер Д и мистер Е установили ритуал из двух поглаживаний «Здорово» – «Здорово». Но однажды, вместо того, чтобы пройти мимо, мистер Д останавливается и спрашивает «Как дела?» Диалог происходит следующим образом:

1 Д: «Здорово!»

1 Е: «Здорово!»

2 Д: «Как дела?»

2 Е: (Удивленный): «Ничего. А у вас?»

3 Д: «Все в порядке. Ну и жара же сегодня!»

3 Е: «Н-да. (Предупредительно): Но похоже, что будет дождь».

4 Д: «Я очень рад вас снова видеть».

4 Е: «Я тоже. Простите, мне надо поспеть в библиотеку до закрытия. Пока».

5 Д: «Пока».

Убегая, мистер Е думает про себя: «Что это на него нашло? Заделался страховым агентом, что ли?» На языке теории взаимодействий это значит: «Всего-то он должен мне одно поглаживание, почему же он дает пять?»

Еще проще можно продемонстрировать чисто деловой, коммерческий характер этих простых ритуалов в том случае, когда мистер Ж говорит «Здорово!», а мистер 3 проходит мимо, не отвечая. Реакция мистера Ж: «Что с ним такое?» Это означает: «Я дал ему поглаживание, а он не уплатил мне тем же». Если мистер 3 упорствует в таком поведении и распространяет его на других знакомых, это может вызвать толки в его окружении.

В пограничных случаях иногда трудно провести различие между процедурой и ритуалом. Неспециалисту свойственно называть профессиональные процедуры ритуалами, тогда как в действительности каждое из последовательных взаимодействий может быть основано на разумном, иногда жизненно важном опыте – просто неспециалист не располагает подготовкой для понимания этого. И обратно, профессионалам свойственно рационализировать ритуальные элементы, застрявшие в их процедурах, и отвергать скептические мнения неспециалистов на том основании, что те недостаточно подготовлены для понимания дела. Один из способов, которыми профессионалы защищают свои позиции, сопротивляясь введению разумных новых процедур, состоит в том, что эти процедуры высмеивают, как ритуалы. Это объясняет судьбу Земмельвейса [Земмельвейс Игнац (1818-1865) – австрийский врач, открывший роль инфекции в возникновении родильной горячки и предложивший меры предосторожности. Умер в сумасшедшем доме; впоследствии прозван «спасителем матерей». (Прим. перев.)]

Существенная черта, проявляющаяся сходным образом в процедурах и ритуалах, состоит в их стереотипности. Раз уж начато первое действие, весь ряд их оказывается предсказуемым, следует предусмотренному курсу и приводит к предопределенному итогу, если только не возникают осложнения. Различие же состоит в происхождении этой предопределенности: процедуры программируются Взрослым, а ритуалы принадлежат к традиции Родителей.

Индивиды, испытывающие неудобства или не умеющие участвовать в ритуалах, иногда избегают их, заменяя процедурами. Таковы, например, люди, предпочитающие во время приемов помогать хозяйке в приготовлении или сервировке еды и напитков.

 


Страница 6 из 48 Все страницы

< Предыдущая Следующая >
 

Комментарии 

# ирина   26.02.2015 15:09
не всё я поняла конечно.но по моему не правильно ставить вопрос-почему нам.....на него мы не найдём ответа.следует спросить-зачкм мне так не везёт или что то другое.и каждый раз будут появляться новые ответы.
# Петр   12.06.2015 23:30
Спасибо за полный, без купюр перевод. Засел за чтение...)
# Вячеслав   03.05.2016 17:28
Действительно, полный перевод значительно отличается от той книги которую я читал 20 лет назад. Огромное СПАСИБО авторам!!!
# Денис   09.03.2017 21:00
Спасибо за работу, но всё-таки «дополняющее взаимодействие» лучше подходит по смыслу, чем «дополнительное ...»
наверх^